Рабочая сессия 8: Терпимость и недискриминация. Часть I (продолжение)

A man prays among gravestones at the memorial centre of Potocari near Srebrenica, Bosnia and Herzegovina, Aug. 14, 2018. (AP Photo)

Рабочая сессия 8: Терпимость и недискриминация. Часть I (продолжение) В том числе: Права лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам; предотвращение агрессивного национализма, расизма и шовинизма

Tекст выступления Поверенного в делах Миссии США в ОБСЕ Гарри Кэмиена
Варшава, 14 сентября 2018 года

Позвольте мне прежде всего от имени моей делегации выразить благодарность Верховному комиссару по делам национальных меньшинств г-ну Заньеру и сотрудникам его Управления и отметить, что мы с нетерпением ожидаем его визита в Соединенные Штаты в следующем месяце. Верховный комиссар по делам национальных меньшинств пользуется заслуженной репутацией за его независимость, объективность и практический подход в решении проблем.

В регионе ОБСЕ по-прежнему наблюдаются серьезные нарушения обязательств в рамках ОБСЕ в отношении прав лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам. Кровавые конфликты 1990-х годов на Западных Балканах остались в прошлом, но страны региона продолжают сталкиваться с рядом трудностей. В Боснии и Герцеговине не все граждане имеют равные политические права. Имеет место широко распространенная дискриминация в отношении тех, кто не является этническими босняками, сербами или хорватами; тех, кто относится к этим трем этническим группам; тех, кто является меньшинством в своем регионе; тех, кто заявляет о своем смешанном происхождении; и тех, кто считает, что их национальная принадлежность не должна иметь значения или должна быть личным делом. Возможность самостоятельно определять свою принадлежность должна включать возможность сохранять ее в тайне.

В Республике Сербской, образовании в составе Боснии и Герцеговины, под руководством Милорада Додика официальная политика и риторика потворствуют запугиванию и дискриминации в отношении репатриантов несербского происхождения, в том числе при найме на работу.

В Федерации Боснии и Герцеговины имеет место абсурдность существования «двух школ под одной крышей»: одной школы для босняков, а другой – для хорватов. Институционализация разделения общин – это неверный путь преодоления разногласий, порожденных войной. Некоторые считают, что такая система защищает общины, но на самом деле это не так. Она их изолирует и усиливает взаимную неосведомленность. Провозглашенный правительством Республики Сербской план принятия учебной программы Сербии не учитывает потребности и чувствительность студентов несербского происхождения и, как представляется, имеет целью дальнейшее влияние на граждан Боснии и Герцеговины сербского происхождения, с тем чтобы они ассоциировали себя больше с Сербией, а не с Боснией.

В Хорватии сербы продолжают сталкиваться со случаями запугивания и исторического ревизионизма со стороны отдельных элементов общества, которых некоторые должностные лица и слои общества не в достаточной мере осуждают и поправляют.

Общины меньшинств в Косово по-прежнему подвергаются разной степени дискриминации, как институциональной, так и общественной, при найме на работу, в доступе к правовым и социальным услугам, а также в отношении их права на свободу передвижения.

Лица, пережившие конфликт, переживают новую травму, когда слышат опровержение ошибок прошлого, включая отрицание июльского геноцида 1995 года в Сребренице, или когда они наблюдают в Сербии и Хорватии поддержку, иногда на высоком уровне, в отношении лиц, осужденных за военные преступления, преступления против человечности и геноцид. Мы присоединяемся ко всем, в том числе в Сербии, кто осуждает твит заместителя Спикера Сербского парламента Верицы Радеты, высмеивающий недавнюю гибель Хатиджи Мехметович, лидера организации «Матери Сребреницы». Госпожа Мехметович потеряла мужа, двух сыновей и брата во время геноцида. Мы осуждаем восхваление некоторыми хорватскими политиками музыки, слова которой проникнуты ненавистью.

Соединенные Штаты осуждают агрессию Российской Федерации в Украине и Грузии. Ее оккупация некоторых частей их территории являет собой вопиющий пример агрессивного национализма. Россия захватила Крым силой и стремится «русифицировать» полуостров. Оккупационные власти продолжают дискриминировать и делать объектами репрессий два самых больших нерусских меньшинства – крымских татар и украинцев. Российские оккупационные власти запретили большинство средств массовой информации на украинском и крымско-татарском языках, заменив их содержание российскими программами, а также грубо и повсеместно притесняют организации, представляющие общины меньшинств. Украинцы и крымские татары больше не могут собираться вместе для празднования своих национальных праздников и исторических дат, школьное обучение на их языках значительно сократилось, а их лидеры подвергаются произвольным арестам, допросам, политически мотивированному преследованию и тюремному заключению.

Россия разожгла конфликт в восточной Украине под надуманным предлогом защиты русскоговорящего населения. Как прямое следствие российской агрессии, население подвергается ужасным страданиям: почти два миллиона человек стали перемещенными лицами и более 10 тысяч погибли. На подконтрольной России территории граждане, которых считают сочувствующими Украине, подвергаются тюремному заключению, пыткам и внесудебным казням.

В оккупированных Россией регионах Грузии Южная Осетия и Абхазия этнические грузины и другие лица сталкиваются с ограничениями их основных свобод, включая свободу передвижения. Фактические власти и российские силы задерживают тех, кто пытается пересечь административную границу. В феврале один такой гражданин Грузии Арчил Татунашвили погиб после ареста и задержания в Южной Осетии. Мы продолжаем призывать к полному и прозрачному расследованию данного инцидента.

Несмотря на то, что Россия конструктивно участвует в переговорах по сепаратистскому Приднестровскому региону Молдовы, она не выполнила своего обязательства о выводе своих сил из Молдовы в соответствии с обязательствами, принятыми ею на саммите ОБСЕ 1999 года в Стамбуле.

Кыргызстан, для оправдания чрезмерно широких ограничений «экстремизма» в отношении этнических узбеков, ссылается на соображения безопасности. Это составляет часть более широкой политики дискриминации, препятствующей доступу этнических узбеков к образованию и средствам массовой информации на их родном языке.

Лица, принадлежащие к национальным меньшинствам, уязвимы не только к нарушениям их прав на своей родине, но и к злонамеренному манипулированию из-за рубежа. Здесь отдельным поводом для беспокойства является Российская Федерация, но мы наблюдаем эту проблему также и в некоторых странах Западных Балкан и Центральной Европы, включая несколько стран-членов Европейского союза. Как напомнил нам Верховный комиссар, люди, представляющие большинство в одной стране, могут иметь родственников, которые находятся в меньшинстве в других странах. Но чтобы обеспечить уважение всех принципов Хельсинкского Заключительного акта, необходимо уделять этому достаточное внимание. Мы можем и должны выражать нашу законную обеспокоенность в отношении прав лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам в других странах, включая тех, с которыми нас связывают родственные узы, но без этнических двойных стандартов, подстрекательской риторики или дестабилизирующего умысла.